Кавказcкий блиц-криг

Напряжение, копившееся последнюю неделю, все-таки привело к взрыву. Грузинские войска штурмуют Цхинвали. Россия грозит соседней стране всеми возможными карами. Международное сообщество замерло в ожидании. Похоже, зрители смогут наблюдать еще одну войну "в прямом эфире".

Плюс мобилизация всей страны

Еще 7 августа казалось, что ситуация в Южной Осетии будет развиваться по стандартному для общения Грузии с ее бунтующими автономиями сценарию: выстрелы – затишье – переговоры – срыв переговоров – выстрелы – еще одно продолжительное затишье. Несмотря на сообщения осетинской стороны о том, что противник готовится развернуть широкомасштабную операцию, подтверждением мирного варианта могли бы послужить приказ Михаила Саакашвили прекратить огонь и щедрое предложение "неограниченной автономии". В свое время подобный "подарок" отвергла Абхазия, поэтому отсутствие демонстрации смирения со стороны Южной Осетии никого не удивило. А вот то, что грузины все-таки решились на атаку, выбило ситуацию за пределы стандартной схемы.

В ночь на 8 августа Тбилиси объявило о том, что терпение у него лопнуло, - на осетинской территории будут устанавливать конституционный порядок. После массированного ночного артобстрела к середине ночи грузинские войска окружили Цхинвали. Утром, по сообщению командования смешанными силами по поддержанию мира, грузинская сторона укрепила свои ряды авиацией, а затем начался, по сути, "штурм в он-лайн-режиме".

На момент начала штурма в столице Южной Осетии помимо руководства непризнанной республики находились и представители властей Северной Осетии, включая и главу российской автономии Таймураза Мамсурова. Подробности экстренного совещания осетинских лидеров неизвестны, но вскоре после него Эдуард Кокойты вместе со своим окружением покинул страну. По слухам, президент Южной Осетии направился в Москву именно через владения Таймураза Мамсурова. Поспешность отъезда Кокойты не вызывает изумления: Грузию нынешний осетинский лидер интересует еще с начала девяностых, когда он возглавлял одну из групп боевиков, ведущих околотеррористическую деятельность. А в ноябре 2005 года министр внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили заявил, что для него арест Кокойты и его "соратников" – своего рода дело чести.

Тем временем "стабилизация ситуации", о которой объявляли осетинские войска, закончилась. На момент штурма грузинская сторона объявила, что контролирует всю местность, окружающую Цхинвали. К полудню 8 августа, после введения в город танков, до 60% территории осетинской столицы уже контролировались вооруженными силами Грузии. Бои предполагается вести до последнего сопротивляющегося сепаратиста.

Свою решимость довести задуманное до конца Михаил Саакашвили проиллюстрировал указом о всеобщей мобилизации резервистов. Масштабная акция направлена не только против Южной Осетии – Тбилиси опасается излишне "нервной" реакции со стороны России. "Против Грузии объявлена широкомасштабная агрессия, Россия нас бомбит. Это классическая аннексия. Не испугаемся бомб, атак, мы защищаем родину. Мы выстоим и победим. Я объявляю всеобщую мобилизацию, мобилизацию резервистов", - заявил грузинский лидер. Судя по подготовительным мерам, в Грузии всерьез не исключают трансформации стартовавших боевых действий из внутреннего конфликта в международное противостояние. Теперь развитие ситуации во многом зависит от реакции как Российской Федерации персонально, так и Запада сообща.

Замереть в ожидании…

Судя по заявлениям, мировая общественность заняла выжидательную позицию. Еще до начала фазы активных боевых действий западные страны попытались мягко призвать к ответу "заигравшиеся" стороны. Пятого августа Североатлантический альянс в лице своего представителя Кармен Ромеро призвал руководство и Грузии, и Осетии снизить напряженность в регионе. При этом симпатии НАТО, похоже, были на стороне Тбилиси, поскольку Ромеро отдельно подчеркнула, что Альянс не обладает распрстраненной осетинами информацией о подтягивании войск к границе непризнанной республики. В тот же день объединенная Европа, в свою очередь, предложила посильную помощь в урегулировании конфликта. Представители Евросоюза в ходе встречи с министром иностранных дел Грузии заявили, что готовы активно подключиться "к прямому диалогу между конфликтующими сторонами".

Не отстает от мировых тенденций Украина. Вскоре после обвинения нашей страны в оружейной поддержке потенциальной войны, Министерство иностранных дел заявило о том, что приветствует только мирный вариант урегулирования конфликта. А уже 8 августа МИД практически синхронно с ЕС высказало обеспокоенность тем, как развивается ситуация. "Украина решительно призывает все стороны, присутствующие в зоне конфликта, принять исчерпывающие меры для немедленного прекращения огня, снижения напряженности и решения проблем за столом переговоров", - говорится в официальном заявлении. При этом Украина продолжает настаивать на необходимости сохранения территориальной целостности Грузии. Заинтересованность Киева предсказуема: в случае успешного для грузинской стороны разрешения конфликта. С большой долей вероятности место российских миротворцев в Южной Осетии займут украинские. Европейцы же более сдержанны: они пока просто осуждают начало крупномасштабных боевых действий, - а НАТО устами Яапа де Хооп Схеффера напрямую призывает стороны к прекращению огня.

Несмотря на то, что Запад официально не одобряет введение грузинских войск на территорию Южной Осетии, судя по всему пока он считает проблему внутренним делом Тбилиси. Во всяком случае, когда Россия попыталась устроить Грузии "разбор полетов" на заседании Совета безопасности ООН и призывала к немедленному вмешательству в ситуацию, Совбез принимать это предложение не захотел.

На сегодня (по понятным причинам) наиболее активную позицию по отношению к грузино-осетинскому конфликту занимает РФ. Начиная с первого августа, когда завязалась первая в этом "военном сезоне" серьезная перестрелка, Москва развила бурную информационную деятельность вокруг конфликта. Именно со стороны России впервые прозвучали обвинения в адрес Грузии по поводу подготовки к войне. Причем заявления были достаточно резкими для того, чтобы из Тбилиси поспешили ответить "взаимностью": окончательная грузинская версия – война в регионе нужна России.

Тем не менее, некоторое время официальная Москва ограничивалась "сотрясением воздуха". Из-за чего даже спровоцировала недовольство радикальных политиков: братьев-осетин обижают, а Россия все не вводит войска и не вводит. Но 8 августа, по сообщению телеканала "Рустави-2", территорию сел вокруг Цхинвали начали атаковать российские бомбардировщики. Один из них, по словам журналистов, был сбит. Российское командование же подтвердило только наличие потерь среди своих миротворцев -  виной тому "шальные" грузинские снаряды. Но после штурма Цхинвали было объявлено о том, что к российско-осетинской границе подтягивается тяжелая техника, а со стороны Северной Осетии в зону боевых действий прорываются вооруженные отряды. В результате контратаки были захвачены 10 наемников. Вскоре после этого наступило официальное затишье – грузинские власти объявили трехчасовой мораторий на ведение огня: дать сепаратистам шанс сдаться, мирному населению – время для эвакуации, а всем заинтересованным сторонам – возможность высказаться по поводу. Однако передышки по сути не получилось - российская бронетехника вошла в Цхинвали, а Грузия в ответ пригрозила объявить России войну.

Маленький блиц-криг или большая война?

Именно от реакции Москвы теперь зависит, чем обернутся бои в Цхинвали – операцией войск Грузии по наведению конституционного порядка на территории собственного государства или масштабным международным конфликтом.

Как уже упоминалось, изначально обострение грузино-осетинского противостояния напоминало скорее очередную часть марлезонского балета. Тем не менее, Михаил Саакашвили после нескольких лет вялотекущих дипломатически-окопных "боев" перешел к бурной деятельности. С одной стороны, нельзя исключать банальный фактор утомленности от сложившейся ситуации: для блага суверенитета Грузии проблему непризнанных республики нужно было решить рано или поздно – просто получилось скорее "рано". С другой стороны, сейчас сложилась достаточно благоприятная внешняя конъюнктура для решения внутренних конфликтов.

Как известно, наравне с Украиной, Грузия мечтает в декабре текущего года присоединиться к Плану действий относительно членства в НАТО. Со значительной долей вероятности, это может и не произойти. Но на всякий случай обеим странам необходимо находиться в полной готовности. И если для Киева высокий смысл готовности заключается, скорее, в образцово-показательном международном поведении и активном переубеждении собственных граждан, то для Тбилиси – в решении проблемы активной деятельности со стороны сепаратистов. Поэтому ожидать слишком бурного неодобрения со стороны ООН или НАТО не приходится: осуждение не исключено, санкции – маловероятны.

Кроме того, что проблему нужно было бы решить в принципе, грузинские власти выбрали и достаточно удачный ситуативный момент. Похоже на то, что период максимальной боевой активности придется на 8 августа – захват Цхинвали стал практически классическим образцом "мгновенной войны". Поскольку именно на этот день запланировано открытие Олимпиады-2008, ожидать моментальной реакции руководства той же России не приходилось: максимум на что без санкции президента Медведева смог решиться премьер Путин в Пекине – объявить  о мобилизации добровольцев. Правда, вскоре после этого мировая общественность смогла услышать точку зрения и самого Дмитрия Медведева, который назвал поведение Грузии "агрессией", а после этого появилось сообщение о входе российский войск в Цхинвали. По большому счету, если Москва собирается предпринимать заметные действия, ей либо следовало сделать это несколькими днями раньше, либо необходимо решаться на масштабные перемены прямо сейчас. Но "прямой эфир" уже успел зафиксировать победоносный поход грузинских войск по осетинской территории.

С учетом того, что РФ давно и последовательно поддерживает "своих сограждан в Южной Осетии", сделать вид, что ничего не случилось, у Москвы не получится. Сейчас перед российскими властями открывается два пути. Один из них – широкомасштабная боевая поддержка "осетинских сограждан" – а это уже полноценная война и осуждение мирового сообщества со всеми вытекающими оттуда последствиями. Тем более что НАТО-ориентированная Грузия может рассчитывать на поддержку если не самого Альянса, то, во всяком случае, США и его сателлитов. Другой путь – производство максимально хорошей мины при плохой игре: временное введение войск "для стабилизации ситуации", обустройство осетинского правительства в изгнании, усиление совместного с, например, ООН миротворческого присутствия в регионе, усаживание сторон за стол переговоров, ход которых должен быть скорректирован так, чтобы российские интересы серьезно не пострадали. Такой вариант выглядит логично, но он реализуем только в том случае, если Россия уже сейчас готова смириться с ослаблением своей роли на Кавказе…

С большой долей вероятности Михаил Саакашвили в своей блиц-криг-проекте рассчитывает именно на подобную в перспективе смиренную реакцию со стороны России. Тем более что все в мире заняты Олимпиадой, а Грузии (вроде бы) симпатизирует НАТО… Безусловно, проблема Южной Осетии после штурма Цхинвали решена не будет: даже при условии эффективной "зачистки" территории (что трудно реализовать в горах) отряды осетинских сепаратистов и сочуствующих из-за границы еще долгое время будут досаждать грузинской администрации. Да и реакция мирного населения может быть достаточно острой, к тому же в Грузии есть не только Южная Осетия, но и не менее проблемная Абхазия. Кроме того, не исключена возможность и "отката назад" под влиянием Запада и России при возможных мирных переговорах. Но в любом случае одна из целей уже достигнута: грузинские власти продемонстрировали свою готовность решать проблемы быстро, четко и с оружием в руках. Осталось только выяснить, как к этому методы относятся окружающие страны и блоки…